Вильнюс или Вильна ?


Так уж сложилось, что датой основания города считается первое его упоминание в письменных источниках. О Вильне впервые упоминается в письмах великого князя Гедемина, написанных в 1323 году. В одном из них Гедемин приглашает в Литву купцов и мастеров из городов западной Европы и Скандинавии. Там же упоминая, что построил в Литве три храма, один из которых находится «в нашем королевском городе, именуемом Вильна» (in civitate nostra regia, Vilna dicta). Прошу заметить Вильна и никак иначе. Уж Гедемину то наверно можно верить.....


Великое Княжество Литовское.
Хочу сразу предупредить читателя: это могучее некогда государство не имело никакого отношения к нынешней Литовской республике и нынешним литовцам, которых правильнее именовать так, как они сами себя называют: «летувяй».
Предками нынешних «летувяй» были языческие народы балтийской группы — жемайты и аукштайты. Именно они населяли Жемайтию (Жемойтию, Жмудь, княжество Самогитское), занимавшее небольшую часть нынешней Литвы. Свою независимость это княжество со столицей в г. Расейняй сохраняло лишь двадцать пять — тридцать лет, после чего вошло составной (и не самой важной) частью в государство, именовавшееся полностью «Великое княжество Литовское, Русское и Жемойтское». Можно добавить еще, что балто литовский язык жемайтов не имел своей письменности до середины XVI века.
А вот «литовцами» в те времена именовались предки нынешних белорусов, звавшихся сначала гудами (гудзинами), потом — кривичами и литвинами литовцами (того, кто интересуется более подробным изложением этих тезисов, можно отослать к трудам лингвиста И. Ласкова, кандидата философских наук Я. Тихоновича, филолога и историка, профессора М. Ермаловича). Племя под названием «литва» обитало на юге нынешней Литвы, в верховьях Немана, в окружении родственных славянских племен — ятвягов, кривичей и лехетских радимичей, переселившихся туда из Мазовии (некогда самостоятельного княжества, населенного родственными полякам мазурами, потом — одной из областей Польши). В первой половине XIV века, во времена великого князя Витовта, Великое Княжество занимало Литву, или Трокское и Виленское воеводства, а также Белоруссию примерно в нынешних границах, Украину (без Галиции), часть Смоленщины, бывшие Калужскую, Орловскую и Курскую губернии.
В 1382 г. князь Ягайла (впоследствии король польский Ягелло) убил Кейстута, отца Витовта. Чтобы отомстить, Витовт и его брат Скиргайла призвали на помощь крестоносцев, а в качестве платы отдали им Жемайтию.
Стоит упомянуть, что Витовт и до того, и после, в компании крестоносцев и один, в буквальном смысле слова заливал языческую Жемайтию кровью, дарил ее, уступал, переуступал, разве что не проигрывал в карты. Отсюда ясно, что соплеменниками ему жемайты не были — с отчей землей так не обращаются. А потому по меньшей мере странны нововведения нынешних литовцев: Витовта они отчего то переименовали в «Витаутаса» и назвали «отцом жемайтской независимости»…
Под властью крестоносцев Жемайтия пребывала вплоть до битвы под Грюнвальдом Танненбергом в 1410 г., но и после включения в состав Великого Княжества, как явствует из самого его названия, осталась третьестепенной провинцией славянской державы, не игравшей мало мальски заметной роли.
Слово «жмудный», кстати, в современном польском языке носит явственно пренебрежительный оттенок и означает нечто вроде «бесполезный» или «обременительный»…
Государственным языком Великого Княжества был древнебелорусский, и делопроизводство велось исключительно на нем. Известно, что на Солинской встрече князя Витовта с посольством крестоносцев Витовта сопровождали князья Юрий Пинский, Михаил Заславский, Александр Стародубский, Иван Гальшанский, Иван Друцкий. По свидетельству посла крестоносцев Кибурта, Витовт и весь его двор говорили исключительно по белорусски. Даже в Жемайтии правили белорусские бояре: княжеским посадником в Ковно (новое название — Каунас) сидел некий Иван Федорович, а жемайтским войском командовал уже упоминавшийся князь Юрий Пинский.
Иными словами, Великое Княжество Литовское было славянской державой, где православие до определенного времени пользовалось равными правами с католичеством.
Именно тем и объясняется легкость, с какой подданные московского и иных русских князей во множестве «уходили в Литву», а «литвины», тоже в немалом количестве, переходили «под руку Москвы». Именно так в свое время «отъехал к Москве» князь Михайло Глинский, один из предков Ивана Грозного. Рискуя утомить читателя, все же приведу генеалогию семейства великого князя литовского Ольгерда (кстати, наполовину русского, сына князя Гедимина и княжны Марии Тверской):
Дети от первого брака Ольгерда с княжной Марией Ярославной Витебской:
1. Андрей, впоследствии князь полоцкий.
2. Дмитрий, князь брянский, друцкий, стародубский и трубчевский (предок князей Трубецких)
3. Константин, князь черниговский, затем чарторыйский (предок князей Чарторыйских)
4. Владимир, князь киевский, затем копыльский (предок князей Вольских и Слуцких)
5. Федор, князь ратненский (предок князей Сангушко)
6. Федора — замужем за Святославом Титовичем, князем карачевским.
7. Неизвестная по имени дочь — за Иваном, князем новосильским и одоевским.
8. Агриппина Мария — за Борисом, князем городецким.
Дети от второго брака Ольгерда с княжной Ульяной Александровской Тверской:
1. Ягайло Владислав, великий князь литовский, король польский, родоначальник династии Ягеллонов (правившей с 1386 г. по 1572 г.)
2. Скиргайло Иван, князь трокский и полоцкий.
3. Корибут Дмитрий, князь новгород северский, збаражский, брацлавский, винницкий (был женат на княжне Анастасии Рязанской)
4. Лигвень Семен, князь новгородский, Мстиславский (был женат на княжне Марии Московской)
5. Коригайло Казимир, наместник Мстиславский.
6. Вигунт Александр, князь керновский.
7. Свидригайло Болеслав, князь подольский, черниговский, новгород северский, брянский, великий князь литовский, затем князь волынский.
8. Кенна Иоанна — за князем Поморским, вассалом Польши.
9. Елена — за князем Владимиром Боровским и Серпуховским.
10. Мария — за литовским боярином Войдылой, потом за князем Давыдом Городецким.
11. Вильгейда Екатерина — за герцогом Мекленбургским.
12. Александра — за князем Мазовецким.
13. Ядвига — за князем Освенцимским.
(Здесь, как и на Руси в свое время, мы имеем дело с двойным именованием: «мирское», обиходное имя и данное при крещении.)
Как видим, тогдашняя Литва — сложное переплетение семейных связей польских, русских и белорусских князей. Славянское государство. И когда Ольгерд или его потомки «ходили на Москву», это, увы, вовсе не было нашествием чужеземного супостата — это всего лишь жгли друг у друга города славянские князья.

купить генератор Honda

  1. #1 by Szhaman on 02.03.2006 - 14:42

    Железной рукой объединил литовские земли Миндовг: Нальшанскую, Жетувскую, Жемайтскую, часть Ятвяжской; начал включать в состав своего государства и некоторые русские земли: Черную Русь с городами Слоним, Новогородок и Волковыск.
    Своей столицей Миндовг сделал Новогородок в более цивилизованной Руси. Так Святослав хотел перенести столицу в Переяславль на Дунае. Так вождь франков Хлодвиг перенес столицу в старый галльский город Суассон.
    В 1236 году войско ордена меченосцев вторгается в Литву, но противостоят им уже не ополчения отдельных «земель», а мощная централизованная армия князя Миндовга. Под Сауле (Шауляем) орден терпит поражение… Да такое, от которого он уже никогда не оправился.
    Сказался, конечно, и еще один, тоже никем не ожидаемый фактор. Литовцы оказались очень хорошими воинами.
    Мало того, что рослыми и физически сильными (что тоже немаловажно в эпоху холодного оружия), но и стойкими, дисциплинированными, отчаянными, упрямыми.
    Позволю себе маленькое отвлечение. Британцы прошли всю Индию огнем и мечом и нигде не встретили особо ожесточенного сопротивления. Таково уж мировоззрение и мироощущение индусов (если нужно модное иностранное слово, пожалуйста: таков менталитет индусов), что даже члены традиционно воинских каст не проявляли особого боевого неистовства. Как иногда говорят, индусы — невоенный народ.
    А вот при своем вторжении в Непал британцы вдруг потерпели поражение от маленького народа гуркхов.
    В конце концов и Непал в 1814 году капитулировал, но победа досталась британцам нелегко. Гуркхи уступали британцам и даже местным солдатам сипаям в выучке, вооружении, очень часто и в здоровье. В конце концов, в сипаи брали самых выносливых, рослых и крепких, а гуркхи были плохо вооруженным, не очень сытым народом, который шел в бой под руководством деревенских старост. Но выкашиваемые артиллерийским огнем, размахивающие дедовскими мечами гуркхи заставили британцев себя очень и очень уважать. По определению генерала Макферсона, «эти коротышки дрались, как черти в аду», и заставили британцев принять, что называется, нетривиальное решение.
    Подписывая договор с раджой Непала, британцы особо оговорили очень важный для них пункт: право вербовать в свою армию гуркхов. И вряд ли разочаровались: гуркхи оказались лучшими солдатами, какие служили британской короне. В некоторых случаях они превосходили и британских солдат своим мужеством, дисциплиной, боевыми качествами. В здании Британской империи есть несомненная заслуга гуркхов. А вот заслуги других народов Индии в этом нет, что тут поделать! Потому что есть на свете народы военные и невоенные.
    А вот сведения из менее экзотических мест: в 30—83 годах XIII века Тевтонский орден завоевывает земли пруссов и западных литовцев, в XIV веке — эстов, ливов, латов, куршей. Вся языческая Прибалтика покоряется немцам.
    А вот попытка завоевать народ Миндовга сразу же приводит к поражению. Умывшись собственной кровью в 1226 году, крестоносцы вынуждены остановиться.
    Аукшайты оказались отчаянными воинами. А их кунигас Миндовг был порою не только умен, но и хитер. Хочется сказать: хитер, как всякий первобытный человек, еще не знающий, что лгать нехорошо. Он умел ждать нужного момента, а до него — лавировать, уклоняться и врать.
    Тевтонский орден создан, чтобы нести свет христианства? Отлично! Тогда Миндовг примет христианство и сам будет христианизировать свою страну! В 1250 году Миндовг заключает с Тевтонским орденом мир, а в 1251 году принимает католичество. Не очень молодого кунигаса окунают в купель… И теперь агрессия против него и его земель уже вовсе не бесспорна, уже лишается идеологического оправдания: необходимости христианизировать язычников.

    • #2 by gedas on 02.03.2006 - 14:57

      >В 1236 году войско ордена меченосцев вторгается в Литву, но противостоят им >уже не ополчения отдельных «земель», а мощная централизованная армия князя >Миндовга. Под Сауле (Шауляем) орден терпит поражение… Да такое, от которого >он уже никогда не оправился.

      Их разбило отряды местных князей Жемайтии — Викинтаса и братьев Булионисов, а не армия Миндаугаса.

      >в XIV веке — эстов, ливов, латов, куршей.

      Латами называет лишь нынешние деньги, тогда были — латгали.

      >Умывшись собственной кровью в 1226 году, крестоносцы вынуждены остановиться.

      Опечятка.

      >Аукшайты оказались отчаянными воинами.
      Во первык не аукшайти, а аукштайчяй, во вторых в битве при Сауле (1236) меченосцев разбили жемайчяй.

      >А их кунигас Миндовг был порою

      Никто не называл князей кунигасами (разве что в Прусии), в Литве были кунигайкщяй.

  2. #3 by Szhaman on 02.03.2006 - 14:43

    Но вот 13 июля 1260 года при озере Дурбе войско доброго католика Миндовга встречается с войском других добрых католиков — с объединенным войском ливонских, прусских, датских крестоносцев. Скажем коротко: войско доброго христианина Миндовга, совсем недавно принявшего католичество, наголову разбило крестоносное воинство. Настолько наголову, что в схватке погиб магистр Ливонии Бургард и маршал Пруссии Генрих Ботель.
    Помогли свои, бывшие в войске немцев. Крестоносцы вели с собой много людей племени куршей, которых они называли куронами. Курши — племя, родственное литовцам, жили вдоль побережья Балтики, в самых «янтарных» местах. Куршская коса, на которой добывается 99% всего мирового янтаря, — их племенная территория. В армии крестоносцев курши были на положении обозных мужиков, прислуги, саперов, вспомогательных войск. Убедившись, что немцы могут и не выиграть, «союзники» взбунтовались и нанесли немцам удар в спину.
    После поражения немцев тут же восстали куроны курши, эсты, жмудь и пруссы. Эти восстания, естественно, всячески поддерживались Литвой и не давали немцам завоевать новые земли, пока не замирятся уже захваченные.
    А Миндовг, добившись своего, преспокойно отрекся от христианства. Но от борьбы с рыцарскими орденами крестоносцев он и не думал отрекаться и уже под конец жизни, в 1262 году, заключает договор с Александром Невским о совместном походе на немцев. Кто знает, какие последствия мог бы иметь такой поход? Как изменилась бы история, которую мы знаем сегодня?
    Но в 1263 Миндовг был убит заговорщиками из литовской знати, а его государство распалось на прежние «земли». Увы! И новгородско литовский поход на немецких рыцарей не состоялся. Тоже увы.
    Уже в 1270 году Литва опять собрана кунигасом Трайдянисом, которого на Руси называли Трайден. Княжил Трайден в Кернаве, которую и сделал столицей всей Литвы.
    И прожил великим князем недолго, 12 лет, до 1282 года.
    К Миндовгу он никакого отношения не имел и государства от него не наследовал, а просто заново собрал страну.
    Видимо, подошло время Литве быть объединенной, и ничего уже нельзя поделать.
    А политику Миндовга в основных чертах он продолжал: поддерживал восстания в Земгале, у пруссов и у западных лиговцев. С орденских земель люди бежали, и Трайден селил беженцев в Литве и в городах Черной Руси. Русские земли по прежнему входили в состав литовского государства.
    В 1293 году литовские и русские земли снова собирает кунигас Витенис (Витень). Он просидит на престоле великого князя долго, до 1316, и тоже будет вести политику, направленную против ордена. Даже Большая советская энциклопедия упомянула Витеня: «В 1307 им освобожден от немцев Полоцк» [44]. Заметьте, все таки «освобожден», а не «захвачен». Изгнание крестоносцев из Полоцка, разумеется, не означает, что кунигасы и великие князья литовские — сугубые альтруисты. Говоря попросту, окрепшее литовско русское государство проводит уже не только оборонительные операции. Изгнав немцев, они воцаряются в Полоцке сами.

  3. #4 by Szhaman on 02.03.2006 - 14:43

    Но вот 13 июля 1260 года при озере Дурбе войско доброго католика Миндовга встречается с войском других добрых католиков — с объединенным войском ливонских, прусских, датских крестоносцев. Скажем коротко: войско доброго христианина Миндовга, совсем недавно принявшего католичество, наголову разбило крестоносное воинство. Настолько наголову, что в схватке погиб магистр Ливонии Бургард и маршал Пруссии Генрих Ботель.
    Помогли свои, бывшие в войске немцев. Крестоносцы вели с собой много людей племени куршей, которых они называли куронами. Курши — племя, родственное литовцам, жили вдоль побережья Балтики, в самых «янтарных» местах. Куршская коса, на которой добывается 99% всего мирового янтаря, — их племенная территория. В армии крестоносцев курши были на положении обозных мужиков, прислуги, саперов, вспомогательных войск. Убедившись, что немцы могут и не выиграть, «союзники» взбунтовались и нанесли немцам удар в спину.
    После поражения немцев тут же восстали куроны курши, эсты, жмудь и пруссы. Эти восстания, естественно, всячески поддерживались Литвой и не давали немцам завоевать новые земли, пока не замирятся уже захваченные.
    А Миндовг, добившись своего, преспокойно отрекся от христианства. Но от борьбы с рыцарскими орденами крестоносцев он и не думал отрекаться и уже под конец жизни, в 1262 году, заключает договор с Александром Невским о совместном походе на немцев. Кто знает, какие последствия мог бы иметь такой поход? Как изменилась бы история, которую мы знаем сегодня?
    Но в 1263 Миндовг был убит заговорщиками из литовской знати, а его государство распалось на прежние «земли». Увы! И новгородско литовский поход на немецких рыцарей не состоялся. Тоже увы.
    Уже в 1270 году Литва опять собрана кунигасом Трайдянисом, которого на Руси называли Трайден. Княжил Трайден в Кернаве, которую и сделал столицей всей Литвы.
    И прожил великим князем недолго, 12 лет, до 1282 года.
    К Миндовгу он никакого отношения не имел и государства от него не наследовал, а просто заново собрал страну.
    Видимо, подошло время Литве быть объединенной, и ничего уже нельзя поделать.
    А политику Миндовга в основных чертах он продолжал: поддерживал восстания в Земгале, у пруссов и у западных лиговцев. С орденских земель люди бежали, и Трайден селил беженцев в Литве и в городах Черной Руси. Русские земли по прежнему входили в состав литовского государства.
    В 1293 году литовские и русские земли снова собирает кунигас Витенис (Витень). Он просидит на престоле великого князя долго, до 1316, и тоже будет вести политику, направленную против ордена. Даже Большая советская энциклопедия упомянула Витеня: «В 1307 им освобожден от немцев Полоцк» [44]. Заметьте, все таки «освобожден», а не «захвачен». Изгнание крестоносцев из Полоцка, разумеется, не означает, что кунигасы и великие князья литовские — сугубые альтруисты. Говоря попросту, окрепшее литовско русское государство проводит уже не только оборонительные операции. Изгнав немцев, они воцаряются в Полоцке сами.

  4. #5 by Szhaman on 02.03.2006 - 14:43

    Но вот 13 июля 1260 года при озере Дурбе войско доброго католика Миндовга встречается с войском других добрых католиков — с объединенным войском ливонских, прусских, датских крестоносцев. Скажем коротко: войско доброго христианина Миндовга, совсем недавно принявшего католичество, наголову разбило крестоносное воинство. Настолько наголову, что в схватке погиб магистр Ливонии Бургард и маршал Пруссии Генрих Ботель.
    Помогли свои, бывшие в войске немцев. Крестоносцы вели с собой много людей племени куршей, которых они называли куронами. Курши — племя, родственное литовцам, жили вдоль побережья Балтики, в самых «янтарных» местах. Куршская коса, на которой добывается 99% всего мирового янтаря, — их племенная территория. В армии крестоносцев курши были на положении обозных мужиков, прислуги, саперов, вспомогательных войск. Убедившись, что немцы могут и не выиграть, «союзники» взбунтовались и нанесли немцам удар в спину.
    После поражения немцев тут же восстали куроны курши, эсты, жмудь и пруссы. Эти восстания, естественно, всячески поддерживались Литвой и не давали немцам завоевать новые земли, пока не замирятся уже захваченные.
    А Миндовг, добившись своего, преспокойно отрекся от христианства. Но от борьбы с рыцарскими орденами крестоносцев он и не думал отрекаться и уже под конец жизни, в 1262 году, заключает договор с Александром Невским о совместном походе на немцев. Кто знает, какие последствия мог бы иметь такой поход? Как изменилась бы история, которую мы знаем сегодня?
    Но в 1263 Миндовг был убит заговорщиками из литовской знати, а его государство распалось на прежние «земли». Увы! И новгородско литовский поход на немецких рыцарей не состоялся. Тоже увы.
    Уже в 1270 году Литва опять собрана кунигасом Трайдянисом, которого на Руси называли Трайден. Княжил Трайден в Кернаве, которую и сделал столицей всей Литвы.
    И прожил великим князем недолго, 12 лет, до 1282 года.
    К Миндовгу он никакого отношения не имел и государства от него не наследовал, а просто заново собрал страну.
    Видимо, подошло время Литве быть объединенной, и ничего уже нельзя поделать.
    А политику Миндовга в основных чертах он продолжал: поддерживал восстания в Земгале, у пруссов и у западных лиговцев. С орденских земель люди бежали, и Трайден селил беженцев в Литве и в городах Черной Руси. Русские земли по прежнему входили в состав литовского государства.
    В 1293 году литовские и русские земли снова собирает кунигас Витенис (Витень). Он просидит на престоле великого князя долго, до 1316, и тоже будет вести политику, направленную против ордена. Даже Большая советская энциклопедия упомянула Витеня: «В 1307 им освобожден от немцев Полоцк» [44]. Заметьте, все таки «освобожден», а не «захвачен». Изгнание крестоносцев из Полоцка, разумеется, не означает, что кунигасы и великие князья литовские — сугубые альтруисты. Говоря попросту, окрепшее литовско русское государство проводит уже не только оборонительные операции. Изгнав немцев, они воцаряются в Полоцке сами.

  5. #6 by Szhaman on 02.03.2006 - 14:45

    Идет расширение Великого княжества Литовского.
    В 1316 году Витеню Витаустасу наследует Гедиминас.
    Обстоятельства наследования и степень родства, вообще то, не очень понятны. В западно русских летописях Гедиминаса называют сыном Витеня. Польский историк Сгрыковский называет его братом Витеня, а самого Витеня — одним из полководцев Трайдена.
    Польский хронист Ян Длугош сообщает, что Гедиминас был конюшим у Витеня, убил его и захватил власть. Вообще то, Ян Длугош — очень серьезный хронист, и к сообщаемой им информации всегда имеет смысл прислушиваться.
    А в некоторых русских летописях сообщаются и еще более пикантные подробности. Что во время нашествия Бату хана бежал в Литву полоцкий князь Витенец. Что проправил в Литве 30 лет и был убит молнией. А после его смерти его «слуга именем Гедиминик похитил не только его власть, но и старую жену Витенца, и стал править, а от бабы прижил семь сыновей».
    Говоря откровенно, в эту версию мне трудно поверить.
    Во первых, сообщаются все эти гадости о Гедимине в «Родословной Велико Российского государства», писанной в Ярославле в 1668 году. Во вторых, крайне подозрителен этот полоцкий беглец Витенец, очень уж своевременно затесавшийся в число предков польских и литовских Ягеллонов.
    История эта слишком похожа на позднюю русскую попытку наложить лапу на род Гедиминаса. Что Н. М. Карамзин с удовольствием ее передает [45], понять несложно. Но вот верить в нее очень трудно.
    В третьих, странная эта история с женой. То есть, конечно, женщина вполне могла быть бесплодна с одним мужем и родить семь сыновей от другого. Но воля ваша, дорогой читатель, а в наши то времена трудно представить себе, чтобы женщина, даже выйдя замуж совсем молоденькой, через тридцать лет лихо рожала бы от другого. Да еще семерых сыновей. А ведь в XIV веке женщина и в 30 лет считалась чуть ли не старухой.
    В четвертых, очень трудно представить себе, чтобы негодяй и убийца вдруг изменился настолько, что стал рыцарем, воеводой и национальным героем. Может быть, так и бывает, но, скорее всего, очень редко.
    Так что история сия отдает попросту провокацией. И я буду исходить из того, что был Гедиминас литовец аукшайт, скорее всего — родственник Витеня, и ни в каких грязных историях, скорее всего, не замешан. Будут представлены более серьезные доказательства — будет и серьезный разговор, а пока для него нет оснований.
    Для русских и немцев Гедиминас был, конечно, Гедимин, и под этим то именем он и вошел в историю, причем не только в историю своей маленькой страны.
    23 года просидел на престоле великого князя Гедиминас, до 1341, создав за это время могучее и славное государство литовцев и русских. Он так и титуловался вполне официально: «король литовцев и русских». Он возглавил княжество, где еще не ушел до конца в прошлое родоплеменной строй, а покинул этот мир феодальным владыкой, владельцем нескольких огромных замков, по приказу которого собиралось войско в несколько десятков тысяч сабель.

  6. #7 by Szhaman on 02.03.2006 - 14:45

    Идет расширение Великого княжества Литовского.
    В 1316 году Витеню Витаустасу наследует Гедиминас.
    Обстоятельства наследования и степень родства, вообще то, не очень понятны. В западно русских летописях Гедиминаса называют сыном Витеня. Польский историк Сгрыковский называет его братом Витеня, а самого Витеня — одним из полководцев Трайдена.
    Польский хронист Ян Длугош сообщает, что Гедиминас был конюшим у Витеня, убил его и захватил власть. Вообще то, Ян Длугош — очень серьезный хронист, и к сообщаемой им информации всегда имеет смысл прислушиваться.
    А в некоторых русских летописях сообщаются и еще более пикантные подробности. Что во время нашествия Бату хана бежал в Литву полоцкий князь Витенец. Что проправил в Литве 30 лет и был убит молнией. А после его смерти его «слуга именем Гедиминик похитил не только его власть, но и старую жену Витенца, и стал править, а от бабы прижил семь сыновей».
    Говоря откровенно, в эту версию мне трудно поверить.
    Во первых, сообщаются все эти гадости о Гедимине в «Родословной Велико Российского государства», писанной в Ярославле в 1668 году. Во вторых, крайне подозрителен этот полоцкий беглец Витенец, очень уж своевременно затесавшийся в число предков польских и литовских Ягеллонов.
    История эта слишком похожа на позднюю русскую попытку наложить лапу на род Гедиминаса. Что Н. М. Карамзин с удовольствием ее передает [45], понять несложно. Но вот верить в нее очень трудно.
    В третьих, странная эта история с женой. То есть, конечно, женщина вполне могла быть бесплодна с одним мужем и родить семь сыновей от другого. Но воля ваша, дорогой читатель, а в наши то времена трудно представить себе, чтобы женщина, даже выйдя замуж совсем молоденькой, через тридцать лет лихо рожала бы от другого. Да еще семерых сыновей. А ведь в XIV веке женщина и в 30 лет считалась чуть ли не старухой.
    В четвертых, очень трудно представить себе, чтобы негодяй и убийца вдруг изменился настолько, что стал рыцарем, воеводой и национальным героем. Может быть, так и бывает, но, скорее всего, очень редко.
    Так что история сия отдает попросту провокацией. И я буду исходить из того, что был Гедиминас литовец аукшайт, скорее всего — родственник Витеня, и ни в каких грязных историях, скорее всего, не замешан. Будут представлены более серьезные доказательства — будет и серьезный разговор, а пока для него нет оснований.
    Для русских и немцев Гедиминас был, конечно, Гедимин, и под этим то именем он и вошел в историю, причем не только в историю своей маленькой страны.
    23 года просидел на престоле великого князя Гедиминас, до 1341, создав за это время могучее и славное государство литовцев и русских. Он так и титуловался вполне официально: «король литовцев и русских». Он возглавил княжество, где еще не ушел до конца в прошлое родоплеменной строй, а покинул этот мир феодальным владыкой, владельцем нескольких огромных замков, по приказу которого собиралось войско в несколько десятков тысяч сабель.

  7. #8 by Szhaman on 02.03.2006 - 14:45

    Идет расширение Великого княжества Литовского.
    В 1316 году Витеню Витаустасу наследует Гедиминас.
    Обстоятельства наследования и степень родства, вообще то, не очень понятны. В западно русских летописях Гедиминаса называют сыном Витеня. Польский историк Сгрыковский называет его братом Витеня, а самого Витеня — одним из полководцев Трайдена.
    Польский хронист Ян Длугош сообщает, что Гедиминас был конюшим у Витеня, убил его и захватил власть. Вообще то, Ян Длугош — очень серьезный хронист, и к сообщаемой им информации всегда имеет смысл прислушиваться.
    А в некоторых русских летописях сообщаются и еще более пикантные подробности. Что во время нашествия Бату хана бежал в Литву полоцкий князь Витенец. Что проправил в Литве 30 лет и был убит молнией. А после его смерти его «слуга именем Гедиминик похитил не только его власть, но и старую жену Витенца, и стал править, а от бабы прижил семь сыновей».
    Говоря откровенно, в эту версию мне трудно поверить.
    Во первых, сообщаются все эти гадости о Гедимине в «Родословной Велико Российского государства», писанной в Ярославле в 1668 году. Во вторых, крайне подозрителен этот полоцкий беглец Витенец, очень уж своевременно затесавшийся в число предков польских и литовских Ягеллонов.
    История эта слишком похожа на позднюю русскую попытку наложить лапу на род Гедиминаса. Что Н. М. Карамзин с удовольствием ее передает [45], понять несложно. Но вот верить в нее очень трудно.
    В третьих, странная эта история с женой. То есть, конечно, женщина вполне могла быть бесплодна с одним мужем и родить семь сыновей от другого. Но воля ваша, дорогой читатель, а в наши то времена трудно представить себе, чтобы женщина, даже выйдя замуж совсем молоденькой, через тридцать лет лихо рожала бы от другого. Да еще семерых сыновей. А ведь в XIV веке женщина и в 30 лет считалась чуть ли не старухой.
    В четвертых, очень трудно представить себе, чтобы негодяй и убийца вдруг изменился настолько, что стал рыцарем, воеводой и национальным героем. Может быть, так и бывает, но, скорее всего, очень редко.
    Так что история сия отдает попросту провокацией. И я буду исходить из того, что был Гедиминас литовец аукшайт, скорее всего — родственник Витеня, и ни в каких грязных историях, скорее всего, не замешан. Будут представлены более серьезные доказательства — будет и серьезный разговор, а пока для него нет оснований.
    Для русских и немцев Гедиминас был, конечно, Гедимин, и под этим то именем он и вошел в историю, причем не только в историю своей маленькой страны.
    23 года просидел на престоле великого князя Гедиминас, до 1341, создав за это время могучее и славное государство литовцев и русских. Он так и титуловался вполне официально: «король литовцев и русских». Он возглавил княжество, где еще не ушел до конца в прошлое родоплеменной строй, а покинул этот мир феодальным владыкой, владельцем нескольких огромных замков, по приказу которого собиралось войско в несколько десятков тысяч сабель.

  8. #9 by Szhaman on 02.03.2006 - 14:45

    Гедиминас был первым великим князем, который наследовал родственнику. Когда он восходил на престол, еще было неизвестно, утвердится ли наследственный принцип или после его смерти начнется новый круговорот междуусобиц. После смерти Гедиминаса Литва опять распалась на множество мелких княжеств, но начало было положено: на престоле великих князей литовских осталась основанная им династия, пусть даже вернуть себе престол сыновьям Гедимина пришлось силой. Династия потомков Гедимина и сидела на этом престоле до самого конца истории Великого княжества Литовского.
    В политике и Гедиминаса, и его потомков Гедиминовичей было две главные линии: борьба с крестоносцами и с Ливонским и Тевтонским орденами. И собирание русских земель. Именно что русских! Далеко не вся Литва входила в Великое княжество Литовское. Мало того, что ни родственные литовцам пруссы, ни западные литовские племена куршей не имели к нему никакого отношения. А ведь эти народы имеют к литовцам аукшайтам такое же отношение, какое к русским даже не чехи, а скорее болгары и сербы.
    Великое княжество Литовское создавали и жили в нем только аукшайты — один из племенных союзов литовцев.
    К Великому княжеству Литовскому не имели никакого отношения другие литовские племенные союзы — жемайтов и ятвягов. Ятвяги влились в состав Великого княжества Литовского только в XIV веке — много позже, чем княжества Черной Руси. А Жемайтия была отвоевана у немцев и включена в состав Литвы только Витовтом в XV веке, когда в Великое княжество Литовское входила практически вся Западная и Юго Западная Русь.
    А это ситуация примерно такая же, как если бы Киевская Русь была государством полян и финно угорских племен, но ни в коем случае не древлян и кривичей. Или если бы в Польское королевство категорически не брали бы мазуров и поморян, но охотно включали бы литовцев и пруссов. И есть множество признаков, что аукшайты вовсе не считали жемайтов дорогими сородичами, в точности как полянам никакие соображения родства не мешали резать древлян в свое удовольствие.
    Остается признать, что Великое княжество Литовское было никак не племенным государством литовцев, не специфическим явлением для балтских народностей. Наиболее точно выразился о нем Гедимин, коронуясь «королем литовцев и русских». Да и само слово «княжество», которым назвал свое государство еще Миндовг, о чем то да говорит.
    Мог ведь назвать и великим кунгасством — прямой, кстати, аналог великого княжества. Мог назвать и королевством или герцогством, если бы так уж довлел бы к католической романо германской Европе. Видимо, русское название своего государства и своего титула привлекло Миндовга много больше.
    Впрочем, и правители Мазовии тоже называли себя князьями. Родственные великополякам племена мазуров создали собственное государство, независимое до 1526 года.
    А в названии своих правителей не стали обезьянничать, назвали их старым славянским словом «князь». Как видно, мазуры чувствовали себя не частью романо германского мира с их королями и герцогами, а частью славянского мира (как и люди Западной Руси), что и не очень удивительно, впрочем.

  9. #10 by Szhaman on 02.03.2006 - 14:45

    Гедиминас был первым великим князем, который наследовал родственнику. Когда он восходил на престол, еще было неизвестно, утвердится ли наследственный принцип или после его смерти начнется новый круговорот междуусобиц. После смерти Гедиминаса Литва опять распалась на множество мелких княжеств, но начало было положено: на престоле великих князей литовских осталась основанная им династия, пусть даже вернуть себе престол сыновьям Гедимина пришлось силой. Династия потомков Гедимина и сидела на этом престоле до самого конца истории Великого княжества Литовского.
    В политике и Гедиминаса, и его потомков Гедиминовичей было две главные линии: борьба с крестоносцами и с Ливонским и Тевтонским орденами. И собирание русских земель. Именно что русских! Далеко не вся Литва входила в Великое княжество Литовское. Мало того, что ни родственные литовцам пруссы, ни западные литовские племена куршей не имели к нему никакого отношения. А ведь эти народы имеют к литовцам аукшайтам такое же отношение, какое к русским даже не чехи, а скорее болгары и сербы.
    Великое княжество Литовское создавали и жили в нем только аукшайты — один из племенных союзов литовцев.
    К Великому княжеству Литовскому не имели никакого отношения другие литовские племенные союзы — жемайтов и ятвягов. Ятвяги влились в состав Великого княжества Литовского только в XIV веке — много позже, чем княжества Черной Руси. А Жемайтия была отвоевана у немцев и включена в состав Литвы только Витовтом в XV веке, когда в Великое княжество Литовское входила практически вся Западная и Юго Западная Русь.
    А это ситуация примерно такая же, как если бы Киевская Русь была государством полян и финно угорских племен, но ни в коем случае не древлян и кривичей. Или если бы в Польское королевство категорически не брали бы мазуров и поморян, но охотно включали бы литовцев и пруссов. И есть множество признаков, что аукшайты вовсе не считали жемайтов дорогими сородичами, в точности как полянам никакие соображения родства не мешали резать древлян в свое удовольствие.
    Остается признать, что Великое княжество Литовское было никак не племенным государством литовцев, не специфическим явлением для балтских народностей. Наиболее точно выразился о нем Гедимин, коронуясь «королем литовцев и русских». Да и само слово «княжество», которым назвал свое государство еще Миндовг, о чем то да говорит.
    Мог ведь назвать и великим кунгасством — прямой, кстати, аналог великого княжества. Мог назвать и королевством или герцогством, если бы так уж довлел бы к католической романо германской Европе. Видимо, русское название своего государства и своего титула привлекло Миндовга много больше.
    Впрочем, и правители Мазовии тоже называли себя князьями. Родственные великополякам племена мазуров создали собственное государство, независимое до 1526 года.
    А в названии своих правителей не стали обезьянничать, назвали их старым славянским словом «князь». Как видно, мазуры чувствовали себя не частью романо германского мира с их королями и герцогами, а частью славянского мира (как и люди Западной Руси), что и не очень удивительно, впрочем.

  10. #11 by Szhaman on 02.03.2006 - 14:45

    Гедиминас был первым великим князем, который наследовал родственнику. Когда он восходил на престол, еще было неизвестно, утвердится ли наследственный принцип или после его смерти начнется новый круговорот междуусобиц. После смерти Гедиминаса Литва опять распалась на множество мелких княжеств, но начало было положено: на престоле великих князей литовских осталась основанная им династия, пусть даже вернуть себе престол сыновьям Гедимина пришлось силой. Династия потомков Гедимина и сидела на этом престоле до самого конца истории Великого княжества Литовского.
    В политике и Гедиминаса, и его потомков Гедиминовичей было две главные линии: борьба с крестоносцами и с Ливонским и Тевтонским орденами. И собирание русских земель. Именно что русских! Далеко не вся Литва входила в Великое княжество Литовское. Мало того, что ни родственные литовцам пруссы, ни западные литовские племена куршей не имели к нему никакого отношения. А ведь эти народы имеют к литовцам аукшайтам такое же отношение, какое к русским даже не чехи, а скорее болгары и сербы.
    Великое княжество Литовское создавали и жили в нем только аукшайты — один из племенных союзов литовцев.
    К Великому княжеству Литовскому не имели никакого отношения другие литовские племенные союзы — жемайтов и ятвягов. Ятвяги влились в состав Великого княжества Литовского только в XIV веке — много позже, чем княжества Черной Руси. А Жемайтия была отвоевана у немцев и включена в состав Литвы только Витовтом в XV веке, когда в Великое княжество Литовское входила практически вся Западная и Юго Западная Русь.
    А это ситуация примерно такая же, как если бы Киевская Русь была государством полян и финно угорских племен, но ни в коем случае не древлян и кривичей. Или если бы в Польское королевство категорически не брали бы мазуров и поморян, но охотно включали бы литовцев и пруссов. И есть множество признаков, что аукшайты вовсе не считали жемайтов дорогими сородичами, в точности как полянам никакие соображения родства не мешали резать древлян в свое удовольствие.
    Остается признать, что Великое княжество Литовское было никак не племенным государством литовцев, не специфическим явлением для балтских народностей. Наиболее точно выразился о нем Гедимин, коронуясь «королем литовцев и русских». Да и само слово «княжество», которым назвал свое государство еще Миндовг, о чем то да говорит.
    Мог ведь назвать и великим кунгасством — прямой, кстати, аналог великого княжества. Мог назвать и королевством или герцогством, если бы так уж довлел бы к католической романо германской Европе. Видимо, русское название своего государства и своего титула привлекло Миндовга много больше.
    Впрочем, и правители Мазовии тоже называли себя князьями. Родственные великополякам племена мазуров создали собственное государство, независимое до 1526 года.
    А в названии своих правителей не стали обезьянничать, назвали их старым славянским словом «князь». Как видно, мазуры чувствовали себя не частью романо германского мира с их королями и герцогами, а частью славянского мира (как и люди Западной Руси), что и не очень удивительно, впрочем.

  11. #12 by deja_voodoo on 02.03.2006 - 15:06

    ну чтож — совсем неплохая пиарная провокация ))

  12. #13 by deja_voodoo on 02.03.2006 - 15:06

    ну чтож — совсем неплохая пиарная провокация ))

  13. #14 by deja_voodoo on 02.03.2006 - 15:06

    ну чтож — совсем неплохая пиарная провокация ))

Это не обсуждается.